Максимилиан Волошин — Биография
Литературно-художественное общество

Тем временем Коктебель становился все более известен в кругах московской и петербургской творческой интеллигенции — во многом благодаря Максимилиану Волошину. Гостями поэта в предреволюционные годы были поэты и писатели Н. С. Гумилев, Е. И. Дмитриева (Черубина де Габриак), А. И. Косоротое, Е. Ю. Кузьмина-Караваева, О. Э. Мандельштам, С. Я. Парнок, А. Н. Толстой, В. Ф. Ходасевич, М. И. Цветаева, художники В. П. Белкин, К. В. Кандауров, Е. С. Кругликова, А. В. Лентулов, М. М. Нахман, Ю. Л. Оболенская, А. К. Шервашидзе, композитор Ю. Ф. Львова, архитектор Л. А. Веснин, певцы братья К. Н. и Н. Н. Кедровы и другие.

В курортном поселке Коктебель приобрели или построили себе дачи писатели В. В. Вересаев, П. С. Соловьева и Н. И. Манасеина, публицист Г. С. Петров, певцы В. И. Касторский и М. А. Дейша-Сионицкая; здесь побывали М. П. Арцыбашев, М. А. Богданович, С. Я. Елпатьевский, М. М. Пришвин, В. Г. Тан (Богораз), К. А. Тренев, В. В. Шульгин, скульптор И. Я. Гинцбург, художники А. М. Васнецов, Г. О. Калмыков, В- Д. Поленов; артисты, режиссеры, музыканты, ученые... Многие стали завсегдатаями Коктебеля, некоторые отобразили его в своих произведениях или мемуарах. Популярность Коктебеля была так велика, что Игорь Северянин, только проезжавший мимо (из Симферополя в Керчь), посвятил ему стихотворение (1909 г.), а в другом упомянул «осонетенный Коктэбль» (1914 г.).

В 1916 году Волошин принял деятельнейшее участие в работе феодосийского Литературно-художественного общества, по сути став его вдохновителем. Идея создания общества возникла в начале 1915 года: 14 марта был утвержден его устав. Поводом для создания общества было выдвинуто обесценивание художественных ценностей во время войны и понижение эстетических вкусов публики, которые и надлежало поднять. Однако зачинатели общества — предводитель дворянства, 'отставной подполковник, городской судья, врач — по-видимому, были не в состоянии организовать творческие силы провинциального городка.

Волошин, вернувшийся весной 1916 года из Парижа, помог вдохнуть жизнь в их идею. Несколько концертов, которые дали в Феодосии гости его дома, заметно оживили артистическую жизнь города; в этой обстановке воспрянули духом интересовавшиеся искусством феодосийцы. 12 октября состоялось организационное собрание, на котором присутствовало около 130 человек; были намечены литературная, драматическая, музыкальная и художественная секции. В небольшой речи Волошин отметил, что Феодосия, город Айвазовского, давно должна была бы иметь учреждение, которое связало бы воедино все ее «богатые духовные силы», стало бы «нервным узлом ее духовной жизни». Цель общества была сформулирована так: «Содействовать распространению литературного и художественного образования в населении и среди своих членов, а также оказывать помощь лицам, посвятившим себя литературному труду и художественной деятельности».

Волошин чаще других выступал на заседаниях общества. 7 ноября 1916 года он читал лекцию о В. И. Сурикове, 16 ноября — лекцию «Отцеубийство в античном и христианском мире („Эдип-царь" и „Братья Карамазовы")», 25 ноября — «Об истоках современного искусства», 8 декабря — о бельгийском поэте Эмиле Верхарне (стихи Верхарна по-французски читала молодая Ф. Г. Раневская), 1 декабря — о театре. Максимилиан Александрович придавал обществу большое значение и вкладывал в него много души. 31 октября он сообщал К. В. Кандаурову, декоратору Малого театра: «В Феодосии основалось «Литературно-художественное общество», я принимаю в нем ближайшее участие и имею много-много планов. Есть проект основания художественно-промышленного музея Киммерийского искусства».

20 и 29 ноября он снова писал Кандаурову о своем участии в обществе, еще раз высказывая намерение «много говорить, советоваться и просить содействия» своего друга. Именно Волошин предложил дать обществу имя «Киммерика», «что и было принято на одном из декабрьских заседаний совета общества. С отъездом Волошина в конце 1916 года в Москву (на целых четыре месяца) активность членов общества значительно снизилась, а разразившиеся затем общественно-политические события окончательно прекратили деятельность "Киммерики".

В один из жарких дней конца лета шестнадцатого года Володя Рогозинский повез нас... в Коктебель на литературно-художественный вечер, который там устраивали в пользу раненых...

Зажелтели окна «Бубен». Народу много. На сдвинутых столах устроена эстрада, освещенная двумя керосиновыми лампами «молния».

На эстраде стоит Ходасевич, на очень белый лоб падает черная прядь. Говорит он медленно, глуховато:

По вечерам мечтаю я.
(Мечтают все, кому не спится.)
Мне грезится любовь твоя,
Страна твоя, где все — из ситца...

Публике понравился больше Мандельштам. Он, закинув голову, протяжно скандировал:

Средь аляповатых дач,
Где шатается шарманка,
Сам собой летает мяч,
Как волшебная приманка.

Кто, смиривший грубый пыл,
Облеченный в снег альпийский,
С резвой девушкой вступил
В поединок олимпийский?

Ему сочувственно хлопали. Потом, стоя рядом плечо к плечу, Марина и Ася Цветаевы читали стихи Марины.

Стихи, полные «колыбелью юности», Москвой, обе юные и веселые. После них читал Волошин... О начале революции Волошин писал:

Шатался и пал великий
Имперский столп;
Росли, приближаясь, клики
Взметенных толп...

В том году толпы пока молчали, веселились «обормоты»...

Елизавета Кривошапкина.
«Веселое племя «обормотов»

© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

.