![]() |
![]() |
|
Максимилиан Волошин — Хронология
1914 Январь. Работает над книгой о готике. Середина февраля. В Москве выходит «Маркиз д'Амеркер» Анри де Ренье в переводе М. А. Волошина. Весна. Неоднократные поездки в Феодосию. Лето. Пишет о готике. В Коктебеле А. Н. и С. И. Толстые, Р. Р. Фальк, сестры Цветаевы. Около 6 июля. Выезжает из Коктебеля в Швейцарию (Базель) через Феодосию, Севастополь, Одессу, Рени, Галац, Будапешт, Вену, Мюнхен. 18 (31) июля. Прибывает в Дорнах. Начало войны с Германией. Июль — август. Работает в Дорнахе на постройке антропософского храма («Гетеанума»), рубит барельефы. Встречается с Рудольфом Штейнером, Андреем Белым, М. В. Сабашниковой, Т. Г. Трапезниковым. Много рисует, занимается немецким языком. "Все не так мрачно, как мне показалось в те дни, когда я Вам писал прошлое письмо. Я больше не стряпаю, а присылает нам Елена Павловна. Пра (Е. О. Волошина.— прим. сост.) тоже вышла из мрачного состояния духа, обуявшего ее при виде 30-ти зияющих комнат после московских маскарадов и кутежей. Сейчас веет буйный, китоврасий дух Толстых и Ященок. Соня (С. И. Дымшиц-Толстая.— прим. сост.) пишет «автовенерический портрет» (в зеркало) в мастерской, которую тщательно запирает на это время, и у нее иногда срываются обмолвки «Макс, пойдем в мою мастерскую»... Труднее дела
обстоят с Майей (Кювилье.— прим. сост.), которая обнаруживает
удивительную жадность. На днях кто-то говорит: «Макс, дай мне...
(Майя, не давая докончить): «А мне два!» Это формула всех отношений.
Вообще, я устал только от «детского сада»,— а людей, наоборот, жажду
всем сердцем.
|
Епифашка (Соня Толстая) требует моей мастерской, семь зеркал и электричества при солнечном свете, чтобы писать головокружительные натюрморты. Майя собирается рыдать... по 12 часов в сутки в течение ближайших пяти месяцев и не соглашается ни на полчаса меньше; кроме того, я по образу Дюма-пера и Папина принял на себя функции шефа и стряпаю на кухне на всю компанию обеды и ужины. С ужасом вижу, что при этих условиях меня ни для каких «интеллигентных» занятий не хватит, и готика, и стихи отодвигаются до сентября, и разве что удастся сделать в день по этюду — и то больше для душевного равновесия. Впрочем, я, может, слишком мрачно смотрю на мир: это после моего зимнего приволья, человеческая темнота меня сразу прикрутила. Из письма М. Волошина к Ю. Оболенской от апреля 1914 г. ...Мы все больны только своим далеким историческим будущим. А эти миражи текущих минут, победоносные иллюзии, которыми все в России прельстились, очень жалки. Верят, что это последняя война, когда явно, что это только начало долгого периода великих войн. Думают, что все зло в Германии и что его можно раздавить, что войну можно победить войной... Из письма М. Волошина к Ю. Оболенской от 2 декабря 1914 г. |
||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна) |
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||