Краткая хроника жизни и творчества М. И. Цветаевой

1941

Начало года. Марина Цветаева занята переводами так называемых «Белорусских евреев» (Г. Вебера, Ф. Корна).

Запись Ариадны Эфрон: «С 30 февраля по 30 марта переведено 529 строк «Белорусских евреев».

Март. Написано стихотворение, обращенное к поэту А. Тарковскому: «Все повторяю первый стих...».

7 или 8 июня. Состоялась двухдневная встреча Марины Цветаевой с Анной Ахматовой.

22 июня. «Война»; узнала по радио из открытого окна, когда шла по Покровскому бульвару (запись М. И. Цветаевой).

Работает над переводами Ф. Г. Лорки.

27 июня. Запись в тетради: «Попробуем последнего Гарсия Лорку». Но в тетради ничего нет.

Июль. Едет на несколько дней в Старки под Коломну (станция Пески) — к В. Н. Меркурьевой; там она избежала первой московской бомбежки в ночь с 21 на 22 июля.

24 июля. Вернулась в Москву, стала собираться в эвакуацию.

8 августа. Уехала на пароходе вместе с группой писателей, отправлявшихся в Чистополь и Елабугу.

18 августа. На пароходе «Чувашская республика» Марина Цветаева и еще несколько семей литераторов прибыли в Елабугу.

Сразу же начались поиски работы.

21 августа. Марина Цветаева с сыном переехали в избу на улице Ворошилова (занимали часть комнаты за занавеской).

24 августа. Марина Цветаева уехала на пароходе в Чистополь, надеясь получить какую-нибудь работу.

26 августа датирована записка М. Цветаевой:

«В Совет Литфонда. Прошу принять меня на работу в качестве судомойки в открывающуюся столовую Литфонда». (Столовая откроется лишь осенью.)

28 августа. Марина Цветаева вернулась в Елабугу.

29 августа. Сын Марины Цветаевой Георгий записал в дневнике, что работы для матери нет, кроме места переводчицы с немецкого в НКВД. Эта невразумительная запись породила толки о том, что Марину Цветаеву пытались «завербовать» «органы».

31 августа, воскресенье

Когда дома никого не было, Марина Ивановна Цветаева покончила с собой, повесившись в сенях избы.
Оставила три записки: сыну, Асеевым и тем, кто будет ее хоронить.

2 сентября

 Марину Ивановну похоронили на Елабужском кладбище.

Могила не найдена.

Памятная доска в Елабуге на доме, где 31 августа 1941 года оборвалась жизнь Марины Цветаевой

"Всё повторяю первый стих..."
"Я стол накрыл на шестерых..."

Всe повторяю первый стих
И всe переправляю слово:
- «Я стол накрыл на шестерых»...
Ты одного забыл — седьмого.

Невесело вам вшестером.
На лицах — дождевые струи...
Как мог ты за таким столом
Седьмого позабыть — седьмую...

Невесело твоим гостям,
Бездействует графин хрустальный.
Печально — им, печален — сам,
Непозванная — всех печальней.

Невесело и несветло.
Ах! не едите и не пьете.
- Как мог ты позабыть число?
Как мог ты ошибиться в счете?

Как мог, как смел ты не понять,
Что шестеро (два брата, третий -
Ты сам — с женой, отец и мать)
Есть семеро — раз я на свете!

Ты стол накрыл на шестерых,
Но шестерыми мир не вымер.
Чем пугалом среди живых -
Быть призраком хочу — с твоими,

(Своими)...
Робкая как вор,
О — ни души не задевая! -
За непоставленный прибор
Сажусь незваная, седьмая.

Раз! — опрокинула стакан!
И всe, что жаждало пролиться, -
Вся соль из глаз, вся кровь из ран -
Со скатерти — на половицы.

И — гроба нет! Разлуки — нет!
Стол расколдован, дом разбужен.
Как смерть — на свадебный обед,
Я — жизнь, пришедшая на ужин.

...Никто: не брат, не сын, не муж,
Не друг — и всe же укоряю:
- Ты, стол накрывший на шесть — душ,
Меня не посадивший — с краю.

6 марта 1941

© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

.