Анастасия Ивановна Цветаева / Воспоминания

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ — ЧАСТЬ ВТОРАЯ — КОКТЕБЕЛЬ
Глава 1
ЧТЕНИЕ СТИХОВ СОФЬИ ПАРНОК  

начало::окончание::содержание

Смотрю — каким контрастом с сестрой тоненький силуэт младшей, Лизы. Она меньше Сони ростом, легкая, подвижная, часто смеющаяся. Головка ее в черных, крупно-вьющихся кудрях грациозно наклонена. Большие ясные глаза — вниманием — устремлены на Соню. Узкое, смуглое личико Лизы — в последних лучах падающего на террасу солнца. (Нет, мы не знали тогда, что и она тоже пишет стихи. Позднее Лиза Тараховская стала автором известных книг для детей. Но это — годы спустя.) А сейчас — Соня, как гадалка, с легкой улыбкой в голосе (см. Примечание №6):

Я люблю в романах все пышное и роковое —
Адский смех героинь, наполненный ядом клинок...

Но мы просим еще. Как струна, задетая пальцем:

— Еще одно? — говорит Соня. — И хватит... — Помедлив, голосом, от нее отплывающим, легким (см. Примечание №7):

— Соня, еще одно! — говорит Марина. — Нас еще не зовут, скажите ещеодно!

Тогда Соня, встав, бегло поправив «шлем» темно-рыжей прически, тем давая знать, что последнее, на ходу, в шутку почти что (см. Примечание №8):

Окиньте беглым мимолетным взглядом
Мою ладонь:
Здесь две судьбы, одна с другою рядом,
Двойной огонь.

Двух жизней линии проходят остро,
Здесь «да» и «нет» —
Вот мой ответ, прелестный Калиостро,
Вот мой ответ.

Блеснут ли мне спасительные дали,
Пойду ль ко дну —
Одну судьбу мою Вы разгадали,
Но лишь одну.

Щелкнул портсигар. Соня устала? Ее низкий голос, чуть хриплый: "Идем ужинать?". Тонкие пальцы с перстнем несут ко рту мундштук с папиросой — затяжка, клуб дыма. (А как часто над высоким великолепным лбом, скрыв короной змею косы, — белизна смоченного в воде полотенца — от частой головной боли!) Больше читать не будет.

Маринина дружба с Софьей Яковлевной Парнок продолжалась. Они появлялись вместе на литературных вечерах, увлекались стихами друг друга, и каждое новое стихотворение одной из них встречалось двойной радостью. Марина была много моложе Сони, но Соня прекрасно понимала, какой поэт вырастает из Марины.

Как эффектны, как хороши они были вдвоем: Марина — выше, стройнее, с пышной, как цветок, головой, в платье старинной моды — узком в талии, широком внизу. Соня — чуть ниже, тяжелоглазая, в вязаной куртке с отложным воротником. И помню я Соню не в тот вечер, а позже, в другие дни, когда она читала свое «Гадание»:

Я — червонная дама. Другие, все три,
Против меня заключат тайный союз.
Над девяткой, любовною картой, смотри:
Книзу лежит острием пиковый туз.
<…>
Будет любовь поединком двух воль.
Кто же он, кто же он, грозный король?...

Примечание №6:

«Я люблю в романах все пышное и роковое…» — неточно цитируется стихотворение С. Парнок «Я люблю в романе все пышное и роковое…».

Примечание №7:

«С пустынь доносятся…» — стихотворение С. Парнок.

Примечание №8:

«Окиньте беглым мимолетным взглядом…» — стихотворение С. Парнок

Из книги: "Анастасия Цветаева. Воспоминания. Изд 2008"

"...Я была в восторге от Сони. И не только стихами ее я, как и все вокруг, восхищалась; вся она, каждым движением своим, заразительностью веселья, необычайной силой сочувствия каждому огорчению рядом, способностью войти в любую судьбу, все отдать, все повернуть в своем дне, с размаху, на себя не оглядываясь, неуемная страсть — помочь.

И сама Соня была подобна какому-то произведению искусства, словно — оживший портрет первоклассного мастера, — оживший, — чудо природы!

Побыв полдня с ней, в стихии ее понимания, ее юмора, ее смеха, ее самоотдачи — от нее выходил, как после симфонического концерта, потрясенный тем, что есть на свете — такое…"

Из книги: "Анастасия Цветаева. Воспоминания. Изд 2008"