 |
 |
|
Маврикий Минц в
судьбе А. И. Цветаевой А война бушевала, была всюду, во всем… «она ночью и днем над нами и вокруг нас, но стихи Макса (Волошина) отразили ее совсем по-иному. Не война… в них прозвучала, а Максова душа в ней, Максово сердце, широкое и жаркое, как он сам… Макс, родной Макс! Почему его – и так давно — нет с нами! Будь он тут сейчас, легче бы вдвое жить!...» (А. Цветаева). Незадолго до весны 1917 года вернулся с фронта Борис Трухачев, в нервном параличе, после более чем трех десятков вылазок в разведку. Висела рука, не действовала нога, отнялась половина лица. Поправлялся медленно, был худой, нервный, ироничный – все тот же. Через несколько недель стал приезжать в Александров, подолгу беседуя с Маврикием. Сгущалась тьма над Россией… Грянула Февральская революция со всеми вытекающими далее событиями. 13 апреля у Марины родилась вторая дочь – Ирина. В мае Маврикию удалось с трудом достать билеты на поезд в Феодосию для Аси с детьми и няни. Опять позвал «волшебный» город. Казалось, там, рядом с Максом и Пра (так называли маму М.Волошина, Елену Оттобальдовну, многочисленные гости дома поэта), легче и безопаснее будет пережить эти смутные времена. Хотя Анастасии не хотелось оставлять Маврикия, было тревожно на душе: он плохо себя чувствовал в дни сборов в дорогу. Проконсультировались у хирургов в Москве. Те успокоили – ничего серьезного, маленькое раздражение аппендикса. 15 мая Анастасия с детьми и няней выехала из Москвы. Остановилась в Феодосии в гостинице, не выезжая в Коктебель, ожидая вестей от Маврикия. Пришла телеграмма: «Самочувствие хорошее. Болезнь протекает нормально». Отлегло от души! А в Крыму весна, цветут акации, дорогие сердцу воспоминания о Феодосии 1911-го, 1913-14 годов наполняют радостью душу. Встреча с феодосийским художником Николаем Ивановичем Хрустачевым, снова воспоминания о былом, чтение дневника… Ася рассказала ему все, как на духу, о Миронове и Маврикии. «Ася, если бы я был на месте Маврикия Александровича, я бы… убил Вас!»- как будто выдохнул Николай Иванович. А 24-го мая пришла телеграмма от Марины: «Гнойный аппендицит. Положение серьезное, немедленно выезжай». Анастасия бросилась к Хрустачевым, перевезла детей и няню к ним, кинулась на вокзал. В поезд удалось сесть через окно. В Москве встретила Марина с вестью, что ее Морек умер, похоронен вчера… Перитонит, врачи ошиблись… 5 дней в Москве как в бреду… Посещение могилы Маврикия Александровича, поезд, возвращение к брошенным детям. Следующий, еще более страшный удар судьбы не заставил себя долго ждать. 18 июля в Коктебеле умер от дизентерии Алеша, как будто не захотевший жить без отца. Все 5 дней болезни мальчика Пра и Макс были с Асей неотступно. А на следующий день после смерти Алеши заболел старший, Андрюша. Анастасия выехала в Феодосию, вызвала телеграммой Бориса. Болезнь длилась четыре месяца. Марина поддерживала сестру, строя совместные планы на зиму в Феодосии. Осенью 1917 года Марина в последний раз приехала в Крым. Хотела перевезти детей из Москвы в Феодосию, чтобы перезимовать вместе с Асей и Андрюшей. Но события разлучили сестер почти на четыре, для них обеих очень трудных, года. В своих мемуарах Анастасия Ивановна Цветаева раскрывает совершенно поразительную картину отношений Маврикия к ней. Она помнит мельчайшие подробности их семейной жизни, каждый день которой был насыщен, пронизан светом его любви, заботы, внимания. Это поражает! Но… с другой стороны – человеческая память устроена так, что имеет возможность отбрасывать ненужное, лишнее, тягостное, и это свойство памяти спасительно для человека. И если все моменты недолгой семейной жизни Анастасии и Маврикия так прочно закрепились в ее памяти – значит, это был необходимый для ее дальнейшей трудной и долгой жизни запас любви, света, добра… Тихонова З.А. —
заведующая феодосийским музеем Марины и Анастасии Цветаевых. |
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна) |
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||
