Биография Марины Ивановны Цветаевой (Анна Саакянц, 1991)
Аскетизм творческого самосожжения :: вперёд :: назад :: к содержанию

Поэма "На красном коне" и 1921 год обозначали рубеж в поэзии Цветаевой; она приобретала черты высокой трагедийности. Аскетизм творческого самосожжения, суровая человеческая верность, дружба, преданность — ее главные темы. Поэзия Цветаевой достигла своего истинного расцвета, своих вершинных достижений; почти каждое стихотворение стало "классикой" и широко известно, повторяясь ныне из сборника в сборник (циклы "Ученик", "Марина", "Разлука", "Хвала Афродите" и др.). Временами в стихах слышался торжественный, "державинский" стиль, величавая "поступь":

Но, заимствовав лексикон из "чужого" века, Цветаева по-современному вольно и свободно умела не только повелевать архаизмами, но и творила их сама: "Храни, Голубица, От града — посевы, Девицу— от гада, Героя — от девы". "Око и бровь! Перст и ладонь! В сачим огонь! В самый огонь!" (о юноше, завороженно глядящем и огонь "буржуйки").

"Двуочие разевать как пасть!"; "Узорешенного юношу — славьте...". Поэтому стихи ее звучат современно, остро.

Употребив слова Пушкина, скажем, что цветаевская муза возмужала среди печальных бурь. Горе потери и разлуки не лишило поэта огромной энергии. Постоянно ощущая себя одинокой ("Как нежный тут о злом своем уродстве, Я повествую о своем сиротстве"), Цветаева между тем проводила много времени в общении с самыми разными людьми,— из ее записей встает весьма обширный круг знакомств.

Она выступала на вечерах, отдавала стихи в сборники и, разумеется, была в курсе литературной жизни. Никто не узнал бы теперь в этой сухощавой, подтянутой, стремительной женщине с обострившимися чертами, ранней проседью, пристальным и одновременно и отрешенным взглядом близоруких зеленых глаз прежнюю застенчивую румянощекую гимназистку в пенсне... Не только жизнь, но и воля изменили внешность Марины Ивановны: свой облик она сотворила сама.

Событие, перевернувшее всю последующую жизнь Цветаевой, произошло 14 июля 1921 года. В этот день она получила "благую весть" — первое за четыре с половиной года письмо от мужа из-за границы, где он находился после разгрома белой армии.

Разыскал его по просьбе Марины Ивановны Эренбург, отправившийся весной за границу Цветаева мгновенно и бесповоротно приняла решение ехать к Сергею Яковлевичу. Без него она не мыслила своего существования. Увлечений в ее жизни — "топлива" для творческого костра, которое, отгорев, рассеивалось навсегда, — было и будет немало; любовь останется одна до конца дней...

Разлука (отрывок)
Сереже

1
Башенный бой
Где-то в Кремле.
Где на земле,
Где -

Крепость моя,
Кротость моя,
Доблесть моя,
Святость моя.

Башенный бой.
Брошенный бой.
Где на земле -
Мой Дом,

Мой — сон,
Мой — смех,
Мой — свет,
Узких подошв — след.

Точно рукой
Сброшенный в ночь-
Бой.
- Брошенный мой!

Май 1921

2
Уроненные так давно
Вздымаю руки.
В пустое черное окно
Пустые руки
Бросаю в полуночный бой
Часов, — домой
Хочу! — Вот так: вниз головой
- С башни! — Домой!

Не о булыжник площадной:
В шепот и шелест...
Мне некий Воин молодой
Крыло подстелет.

Май 1921

3
Всe круче, всe круче
Заламывать руки!
Меж нами не версты
Земные, — разлуки
Небесные реки, лазурные земли,
Где Друг мой навеки уже -
Неотъемлем.

Стремит столбовая
В серебряных сбруях.
Я рук не ломаю!
Я только тяну их
- Без звука! -
Как дерево-машет-рябина
В разлуку,
Во след журавлиному клину.

Стремит журавлиный,
Стремит безоглядно.

Я спеси не сбавлю!
Я в смерти — нарядной
Пребуду — твоей быстроте златоперой
Последней опорой
В потерях простора!

Июнь 1921

© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

.