Переписка К. Ф. Богаевского (1904-1941 годы)
Письма №44 — №46 :: назад::вперёд::к содержанию

44

К. В. Кандаурову
Феодосия, 8 ноября 1927 г.

Милые и дорогие мои друзья! Был очень тронут как Вашим приветствием ко дню моего юбилея [92], так и приветствиями музея Зап[адного] искусства, Жар-Цвета и Фаворской [93] с Чекмазовым [94]; телеграммы были зачитаны на торжественном заседании Общ[ества] Изучения Крыма, которое было посвящено открытию моей галереи [95]. Прошу Вас, дорогие мои друзья, передать мою глубокую благодарность всем поздравившим меня — все это меня глубоко растрогало [...] Очень сердечные приветствия я получил от Наркомпроса Крыма — Балича и Бирзгала [96]. Получил также, кроме всех московских телеграмм,— телеграммы от Центрального музея Тавриды, Центр[ального] правл[ения] Общ[ества] Изучения Крыма и Карадакской станции [97] — все эти телег[раммы] пойдут в архив феод[осийского] музея [...].

Целую и обнимаю К. Б.
ЦГАЛИ, ф. 769, оп. 1, ед. — 26. л. 214.

45

К. В. Кандаурову
Феодосия, 14 апреля 1928 г.

Мой милый и дорогой друг. Вчера получил Ваши письма. Сколько труда, и возни было у тебя с моими работами — бесконечное спасибо тебе и Юл[ии] Леонидовне! [98] [...] Судя по некоторым Вашим фразам в письмах, мои работы, как будто, ничего себе, если дружески не преувеличиваете их достоинств. Впрочем, я не обольщаю себя и не мечтаю говорить какие-либо новые слова, они давно мною уже сказаны, хотелось бы только одного, чтобы мои работы не были хуже прежних; если они таковы, то я буду доволен. Хотел бы знать мнение отдельных художников о моей живописи, если с таковыми встретился и говорил — и разных лагерей и оттенков — Николая Ивановича [99], Рогозинского, Габричевского, последний в том же восторге от них, в каком был, видя их в моей мастерской? И не скрывайте от меня, прошу Вас, и тех жестких отзывов, которые предвижу у людей инакомыслящих, невольно должны будут возникнуть по адресу моей живописи — все это мне также важно знать [100]. (письмо без конца)

ЦГАЛИ, ф. 769, оп 1, ед. хр. 26, л. 214.

46

К. В. Кандаурову
Феодосия, 31 мая 1928 г.

Мой милый и дорогой друг! Сегодня, поистине, был у меня счастливый день — редкий в жизни! [...] Чувствую себя высоко вознесенным, на манер Горького, но только без делегаций, флагов и проч. [101] — и тем лучше, но зато в кругу крепких и дорогих друзей. Любовь которых мне дороже всякой славы и всяких денег... Да, я в полном смысле счастлив, как никогда в жизни [...]. Что меня особенно радует в Ваших письмах, милая Юлия Ле-онид[овна],— это то, что мои вещи были «на высоте самых высоких слов» — это слишком хорошо и как-то с трудом верится, но я верю Вам [102]. [...] На адрес из Наркомпроса я уже ответил письмом Луначарскому с просьбой принять лично мою глубокую благодарность и передать ее подписавшим адрес, т. е. Петрову [103], Федор[ову] — Дав[ыдову], Новицкому [104]. Так этот адрес и для Вас был неожиданностью! При встрече, передайте Фед[орову]-Дав[ыдову] мою глубокую благодарность. Не знаю будет ли известно мое ответное письмо Луначарскому и Петрову и другим? Как жаль, что я не буду иметь текста всех докладов и выступлений,— но для этого мне нужно было бы присутствовать на самом юбилее и подвергнуться растерзанию, подобно заменявшему меня другу. Сегодня получил письмо от Шаронова. Между прочим он пишет следующее: «Мне хочется всю Вашу московскую выст[авку] показать в Харькове и Киеве, а может быть и еще где на Украине. Я теперь состою в Украинской организации «ОСМУ» [105], т. е. Объеднанье сучасных месцов Украины, что в переводе означает— объединение мастеров Украины. И это «обеданье» хочет осенью устраивать свою выставку, но кроме укр[аинских] мастеров, оно хочет знакомить Укр[аину] и с мастерами СССР, и я в первую голову выдвинул Вас. Мое предложение принято. [...] О Вашем решении Вы мне напишите осенью» [...].

Ваш счастливый друг К. Б.
ЦГАЛИ, ф. 769, оп. 1, ед. хр. 26, л. 255—257.

--

© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

.