 |
 |
Скатерти в музее Цветаевыхначало::продолжение::окончание Жили они вместе: сначала снимали угол, затем, когда получили переводы от родственников и друзей, удалось купить маленькую, ветхую избушку, но в ней можно было свободно говорить, не боясь, что хозяйка может услышать и "просигнализировать" куда нужно… Вечерами, когда оставалось какое-то крохотное время, Аля писала письма. Эти послания уходили на "большую землю", в Москву. Её главные адресаты в то время – тётка, Елизавета Яковлевна Эфрон, и Борис Леонидович Пастернак. А ещё эти удивительные женщины рукодельничали: вязали, вышивали… Там, в Туруханске, Ариадной Сергеевной и Адой Александровной была вышита скатерть. Льняная квадратная скатерть, бежево-серого цвета, несколько красных узорных тропинок делят её на девять частей, в каждом прямоугольничке – скромные цветы, в каждом угловом квадрате – букетик полевых цветов, посередине скатерти – алая роза с яркими, зелёными листочками… На всю вышивку ниток, увы, не хватило, женщины решили распустить… старые чулки, и работа была закончена. Кто знает, может эта скатерть, атрибут домашнего очага, спокойной семейной жизни, была не простым напоминанием о далёких родных, семейном уюте, но и прибавляла им надежды на то, что появится в их жизни счастливая возможность освободиться, вернуться домой, встретиться с близкими людьми, теми, кто переживёт весь этот ад, и жить, радуясь каждому мгновению, каждому лучику солнца, так редко светившему им в далёком Туруханске. В 1955 году пришло известие о реабилитации Ариадны Эфрон. Она, счастливая, уехала в Москву. Ада Федерольф была реабилитирована в 1957. Некоторое время она жила в Красноярске. Свои воспоминания о тех тяжёлых временах она напишет потом: фрагмент мемуаров Ады Александровны, "Выборы в Туруханске", был опубликован в 1989 году в сборнике воспоминаний узниц ГУЛАГа "Доднесь тяготеет". Первое издание воспоминаний "Рядом с Алей" появилось в 1995 году. В нём описан момент, когда, живя в Красноярске, Ада Александровна, желая отблагодарить квартирную хозяйку, у которой она жила на квартире, своими руками сделала ей подарок: "Чтобы не быть в долгу перед хозяйкой, я ей перед отъездом вышила цветными нитками подушку и филейным узором занавеску на окно. Она осталась очень довольна…". После освобождения Ада Александровна возвратилась в Москву, где на вокзале её с огромным букетом цветов встречала Ариадна Эфрон. Она жила у своей тетки – Лили Эфрон, в Мерзляковском переулке, в страшной тесноте; спала на сундуке и ящиках, поверх которых клали спальный матрац. Ада Александровна остановилась в Олсуфьевском переулке у сестры Нины, которая когда-то была доброй энергичной женщиной, но пережив гибель первого мужа, арест второго, арест родного брата и сестры (Ады Александровны), очень волнуясь за себя и свою дочь, превратилась в существо, живущее в постоянном страхе, с подорванной психикой. Жить с ней было очень тяжело. Позднее Федерольф получила двенадцатиметровую комнату в коммунальной квартире на Комсомольском проспекте. У Ариадны Эфрон своя квартира появилась только осенью 1961 года. Судьбе было угодно распорядиться так, что и после освобождения эти две одинокие, уставшие женщины не потеряли друг друга: Ариадне удалось добиться у своей тётушки, Валерии Ивановны Цветаевой, старшей сестры Марины Ивановны (дочь Ивана Владимировича Цветаева от первого брака), выделения небольшого клочка земли на её большом дачном участке в Тарусе, и Ада Александровна взялась за очень неженское дело – руководство по строительству небольшого домика, где Ариадна и она могли бы жить вдали от городской суеты, шумных улиц, что, кстати, настойчиво рекомендовали Ариадне Сергеевне врачи, так как её больное сердце всё чаще давало о себе знать. Ариадна всю свою жизнь после освобождения посвятила воссозданию творческого наследия Марины Цветаевой. Собирала материнский архив и воспоминания о ней, занималась изданием первого советского сборника стихов Цветаевой. Она оставила всем нам богатейшее эпистолярное наследие. Была блистательным переводчиком. Последние годы жизни Ариадна Эфрон провела в Тарусе — городке, который так любила в детстве ее мать; в доме, который так любила она сама. 26 июля 1975 года, она скончалась в местной больнице. Перестало биться сердце, уставшее от боли, разлук и потерь. Похоронена Ариадна Сергеевна на тарусском кладбище, памятником ей стал серый гранитный камень. Хочется вспомнить стихи Ирины Викторовны Киселёвой, которая много лет своей жизни посвятила исследованию биографии и творчества Ариадны Сергеевны: В храме русском светло, отрадно (см. на белом поле справа). Ада Александровна Федерольф пережила свою подругу чуть больше чем на двадцать лет, умерла в 1996 году и похоронена в Тарусе, рядом с Ариадной Сергеевной. Две женщины, когда-то соединённые превратностями судьбы, с израненными жерновами репрессий душами, нашли своё успокоение в тихом городке на берегу красавицы Оки. А мы возвращаемся к моменту, когда в Усть –Нарве Ада Александровна Федерольф познакомилась с Татьяной Михайловной Павловой. Их короткого общения хватило для того, чтобы Ада Александровна поняла, что её новая знакомая – человек удивительный, глубоко верующий, увлеченный музыкой, а главное – близкий ей по духу. В память об их знакомстве Федерольф сделала Татьяне Михайловне необыкновенный подарок – скатерть, которую вместе с Ариадной Эфрон вышила в далёком Туруханске… Через двадцать пять лет Татьяна Михайловна Павлова встретила Ирину Викторовну Киселёву, человека, делом своей жизни считавшего создание книги об Ариадне Эфрон, буквально боготворившего Алю, написавшего о ней удивительную книгу. Татьяна Михайловна вручила Ирине Викторовне скатерть Ариадны Сергеевны и Ады Александровны. А Ирина Викторовна Киселёва решила, что эта уникальная вещь не может принадлежать только ей одной и передала её в дар музею Марины и Анастасии Цветаевых в Феодосии. Так, благодаря людям неравнодушным, безмерно любящим творчество Марины Цветаевой, преклоняющим колени перед жизненным подвигом Ариадны Эфрон, в феодосийском музее появился удивительный экспонат — скатерть, созданная когда-то руками двух сильных духом женщин в далёком Туруханске. И рассыпаны по её бежево-серому полю яркие полевые цветы, символизирующие стремление человека к добру, красоте даже среди вечного холода человеческих очерствевших душ… А наша задача, задача музейщиков, – не просто хранить историю, заниматься популяризацией творчества Марины Цветаевой, Ариадны Эфрон и многих других блестящих поэтов, писателей, но и рассказывать об удивительных примерах дружбы, преданности, бескорыстного служения делу и огромной любви к жизни, какой бы безжалостной, жестокой, несправедливой она временами ни была! |
В храме русском светло, отрадно.
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна) |
|
|
||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||
