Переписка К. Ф. Богаевского (1904-1941 годы)
Письма №8 — №10 :: назад::вперёд::к содержанию

8

К. В. Кандаурову
Феодосия, 23 октября 1908 г.

Милый и дорогой мой друг, ну можно ли так беспокоиться и волноваться по поводу возможной покупки моей картины Третьяк[овской] гал[ереей] [16]. Я, наоборот, очень покоен на этот счет, т. е. попросту не надеюсь на продажу своей картины — такой уж у меня обычай никогда не рассчитывать на покупку картин. Если же это случается иногда,— то это так же неожиданно и радостно для меня, как выигрыш в 200 тысяч. Я вполне согласен с Серовым [17], что акварели мои слабее картин, я так всегда думал, несмотря на то, что иным они больше нравятся, чем мои картины, напр[имер], Сомову, Волошину и проч. Как хорошо сделали, что прислали письмо Серова. Не знаю как быть, если меня выбирут в члены «Союза» [18]. Если меня попросят выставить у них, то я могу принять их приглашение, только в том случае, если мне можно будет выставить все мои вещи, разбивать же их по разным выставкам мне нет расчета. Интересно, чем кончится посещение Серова и Остроухова. Вы им, конечно, покажете все мои вещи. Интересно, что они скажут о моих прошлогодних рабо-тах [19]. Только еще раз прошу Вас, милый мои. не волнуйтесь и не беспокойтесь очень относительно продажи. Купят хорошо, а не купят — тоже не несчастье [...].

Ну. крепко, крепко Вас целую, дорогой мой.
Ваш весь К. Богаевский.
ЦГАЛИ, ф. 769, оп. 1, ед. хр. 25. л. 69—70.

9

К. В. Кандаурову
Феодосия, 13 ноября 1908 г.

Дорогой и милый друг и благодетель! Как неожиданна и как прекрасна была Ваша вчерашняя телеграмма. Это такая для меня и для всех наших громадная радость [...]. Вчера же я получил и извещение от Союза об избрании меня членом и приглашение на выставку. Я призываю всю свою скромность, чтобы не возгордиться от столь приятных вещей. А кто виновник всех этих событий — Вы мой дорогой и добрый друг [...]. Пишу сейчас третью новую картину, только увы, все три являются точно повторением моих прошлогодних работ. В голове у меня сейчас больше мыслей об Италии, чем о картинах [...]. А что, дорогой, не будет ли слишком слабо выглядеть в Союзе одне только акварели. Как бы союзники не пожалели, что пригласили меня к себе [...]. Крепко обнимаю и целую Вас, мой дорогой.

К. Богаевский.
ЦГАЛИ, ф. 769, оп. 1, ед. хр. 25, л. 75—78.

10

К. В. Кандаурову
Феодосия, окт[ябрь] 1908 г.

Дорогой и милый друг мой! Пишу сейчас одну большую картину, долженствующую изображать южный героический пейзаж в неведомой стране, замки на земле и на небе, тихое озеро, а может быть и море, справа и слева по бокам картины утесы, вдалеке парит орел, который должен чувствовать себя единственным владыкой и царем всей страны, расстилающейся под его крыльями [20]. Впрочем, все это сказка, а картина может выйти никуда негодной. Беда, что приходится торопиться к выставке и было бы гораздо лучше совсем ничего не выставлять в этом году в Петербурге. Но взялся за гуж, не говори что не дюж. Числа 10 дек[абря] мы, пожалуй, и двинемся в путь-дорогу, но я надеюсь все-таки получать также письма от Вас, как и до сегодня. Вы мне будете писать до востребования в города Берлин, Мюнхен, Милан, Венецию, Флоренцию, Рим, по мере того, как я буду давать Вам знать где мы, куда едем, сколько остаемся и проч. [...] С Латри уже почитай что месяц не виделся. Как мне передавали, он сейчас тоже пишет картины, получил приглашение в «Салон» от Сергея Маковского. Это его несколько ободрило. Зимой, как он мне говорил, собирается с женой в Петербург. Дело гончарное, после нескольких неудач, теперь у него, кажется, наладилось как следует, но работ этих я не видел еще. [...] [21]

Ваш весь К. Богаевский.
ЦГАЛИ, ф. 769, оп. 1, ед.хр. 25, л. 72—74.

--

© 2011-2026 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

.