Шальные мысли иногда бродят в голове


     Актриса Нелли Уварова сегодня очень популярна благодаря сериалу «Не родись красивой», где она разыгрывает невероятно длинную, как марафон, но от этого не менее интересную историю о дурнушке с добрым сердцем, которая стремится стать красавицей и завоевать сердце плейбоя Андрея Жданова. Для кого-то любовь к сериалу стала импульсом пойти и посмотреть: а какая на сцене их любимая актриса? Завзятые театралы знают актрису давно. Такой масштабный международный театральный проект, как спектакль «Три сестры», собрал лучшие актерские сипы Москвы. И в этом звездном ансамбле одна из лучших - ее Ирина. И хотя большая популярность уже пришла к актрисе, она с удовольствием играет на сцене Молодежного театра мальчишек и девчонок. И говорит, что детская аудитория подзаряжает, как никакая другая.
     -   Актрисы во все времена задавали стиль и определяли моду. А как актриса из популярного сериала влияет на вкусы зрительниц?
     -    Несмотря на то, что предметы одежды подбираются не самые выигрышные для фигуры моей героини, многие зрительницы хотят такую же одежду. Полюбив Катю Пушкареву как персонаж, они хотят быть на нее похожими. Мне рассказали забавный случай, когда в магазине оптики девочке никак не могли подобрать очки. Она повторяла свое пожелание, не очень понятное окружающим: «Хочу очки, как у Кати». Вообще создатели сериала заложили в нею свою философию понимания красоты и моды, далекую от примитивных клише. Преображение Кати - это не волшебное превращение под влиянием стилистов. На протяжении многих серий ее образ постепенно становится все более гармоничным. Она приходит к гармонии своего внутреннего мира, ищет и находит свой собственный стиль. 

     - Для актрисы важно быть красивой? Изменилось ли ваше отношение к красоте после работы над сходной проблемой в сериале?
     -   Профессионализм и желание быть на сцене делают актрису красивой. Вообще, когда человек занимается любимым делом, он очень привлекателен. Ведь он на своем месте. Когда человек любит свою работу, родителей, своего избранника, все равно кого, он становится красивее.

     -   Главный режиссер Российского Молодежного театра Алексей Бородин смотрел сериал с вашим участием?
     -   Ему вообще интересны работы его актеров на стороне. Он чисто по-человечески интересовался, как я выдерживаю интенсивный график съемок, предостерегал от опасности заштамповаться, понизить критерий, говорил о коварстве погружения в поточную работу. К счастью, он смог услышать и мои слова о том колоссальном актерском опыте, который я выношу со съемок. Ведь oт момента, когда  берешь в руки   текст,  до команды  «снято!» есть только миг. Поэтому я научилась   быстро   соображать,   мгновенно включаться в предлагаемые обстоятельства. И он сумел меня понять.

      - Вам всего 26 лет. Успех пришел вовремя, на ваш взгляд?
     - Трудно сказать… По крайней мере, я рада, что смогла несколько лет поработать в театре, набраться опыта. И лишь теперь я включилась в марафон сериальных съемок, имея за плечами надежный тыл и хорошую школу.

     - В одном из ваших интервью я прочитала, что вы способны на экстравагантные поступки - то обреете голову налысо, то перестанете спать, чтобы не пропустят чего-то интересного в жизни. Подобные эксперименты остались в прошлом?
     - Такие шальные мысли иногда бродят в голове. Время от времени надо удивлять себя и окружающих. Всегда хочется новых впечатлений, и они приходят к тебе с разных сторон.

     -   Одни время им жаловались, что из-за интенсивности работы вы теряете друзей. А как вы живете сейчас и хватает ли  вам общения только в узком   профессиональном кругу?
     -   Был период такого одиночества. Я с таким увлечением училась в институте, что мне трудно стало общаться со старыми друзьями, которые не всегда понимали мои увлечения драматургией, историей театра, не всегда вникали в мои сложности и радости на первых репетициях. Тогда я могла говорить только о театре, и мои друзья уставали от одной темы. Но сейчас, к счастью, я стала сдержаннее и умнее, и старые друзья возвращаются. Мы повзрослели и научились лучше слышать друг друга, прощать. Жить нас сначала растащила, а теперь свела вновь. Это здорово! Мы общаемся редко, но полноценно. Сейчас появляется много новых друзей, ведь в этой профессии надо уметь дружить.

     -   Были   в   вашей    практике примеры трогательной поддержки коллег?
     - Меня сейчас очень поддерживают все в театре, ведь у меня плотный график съемок в сериале, и в театр на грим я прибегаю буквально в последние секунды. Еще помню, как мы играли спектакль «А зори здесь тихие...», и актрисе, играющей роль Женьки Комельковой, было очень плохо. Мы не сговариваясь поддерживали ее под локоть и буквально водили по сцене, стараясь быть естественными. Никто ничего не заметил, даже ее мама, сидящая в зале. А ведь это роль самой   заводной, яркой героини. В театре много таких историй, только на этом и держится театр. Хотя я пришла в театр, напичканная мифами о соперничестве и склоках, о порезанных платьях перед премьерой и кнопках в обуви. Я слышала эти ужасные истории как некий фольклор, но никогда сама с ним не сталкивалась.

     -   Для вас важно выстроить с режиссером, помимо профессионального, чисто человеческий дружеский контакт?
     -   Иногда что-то открывается в роли не только во время репетиции, но и в общении после работы. Надо настроить свое ухо на человека, с которым ты работаешь. Тогда будет хороший результат. В этом смысле опыт непонимания тоже важен. Из него извлекаешь урок.

     -   Ходят ли зрители, чтобы просто посмотреть: а какая на сцене их любимая Катя Пушкарева? Ведь даже внешний облик вашего Лектора из спектакли «Правила поведения в современном обществе» очень похож - великоватое платье и круглые очки.
     - Я побаивалась этого. Но переборола этот период. Зрители быстро забывают о том, что первоначальным импульсом было любопытство.

     -   Как вы настраиваетесь  на этот  непростой    для   зрителя   спектакль,  требующий внутренней работы?
     -   Я собираюсь на этот спектакль почти как на бон. Я воюю сама с собой, преодолевая свои большие страхи и сомнения. Уже за несколько дней до спектакля я стараюсь на нем сосредоточиться. В моноспектакле тебе не за кого спрятаться, если ты не в форме. Спектакль далек от привычного для зрителя жанра - это не комедия и не драма. Это философское размышление, разыгранное как театрализованная история. Этот спектакль рассказывает о человеческой жизни от рождения до смерти, обо всех радостях и несчастьях, которые ожидают человека. Первые пятнадцать минут зритель в шоке, он немного раздосадован, что его затащили на лекцию о ритуалах и регламентах, сопровождающих человеческую жизнь. Сам жанр спектакля определен нами в программке как лекция. Но все равно зритель невольно ожидает занимательного сюжета, а его нет. Вместо этого - подробная инструкция, как провести крестины, например.

     -   И начало этого спектакля шоковое. Особенно первая фраза: «Когда ребенок рождается мертвым...» Вам трудно ее произносить?
     -   Однажды на спектакль пришла беременная женщина. И эту фразу произнести было не просто трудно - я боялась, что не смогу начать спектакль. От этого страха я стремилась вложить в свое повествование как можно больше позитивной энергии. Ведь дальше в тексте много юмора и комических моментов. Вообще мне нравится рассматривать зрителей до начала действия. В этом спектакле я встречаю их, как лектор встречает свою аудиторию. Я успеваю каждому втянуть в глаза, и уже прогнозирую, как они будут реагировать. Обычно молодежь ярче реагирует на историю о выборе избранника, о свадьбе. Пожилые  люди острее воспринимают рассказ о горечи утрат, о трудностях жизненного пути. Сегодня, например, зал был наполнен в равной мере подростками и людьми зрелого возраста, поэтому смех звучал то почти детский, то взрослый.

     - Такой материал вам мог предложить только режиссер, который вас хорошо  знает и который смог пробудить в вас профессиональный азарт трудностью задачи.
     - Да, это мой педагог еще со студенческой скамьи Александр Назаров. У нас с ним взаимопонимание на интуитивном уровне. Просто подсунул мне этот текст, сказал - почитай. Я с трудом продиралась сквозь этот текст, злилась. Обычно от пьесы получаешь удовольствие, a тут ты должен максимально сосредоточиться, чтобы понять мысль автора. Эта история меня разозлила: это был словно вызов моему профессионализму. Мы с режиссером поначалу стали просто мечтать и фантазировать об этом спектакле без прагматичной мысли о постановке. Мы словно подзарядились от этой пьесы, но этот заряд мог вылиться и в другую постановку. Всю весну мы мечтали, в мае провели несколько репетиций и расстались на лето. Но мои мысли и чувства все равно возвращались к этому автору. И осенью как-то быстро все сложилось.
     Так что можно сказать, что мы с режиссером долго вынашивали замысел, но быстро родили этот художественный продукт. Единственное, что нас волновало: Будет ли эта работа интересна зрителю? Но уже первый прогон на зрителе нас успокоил. Спектакль трудный, но в то же время он этим и привлекает зрителя, уставшего от примитивности и разжеванности многих зрелищ. Да, зритель поначалу сбит с толку, но, очевидно, именно это и заставляет его сильнее включиться в эту историю, сопереживать и думать, а значит, и работать. Хотя изначальный настрой у зрителя - получать удовольствие не напрягаясь. Лишь к финалу зрители расслаблены, они эмоционально открыты, порой задают мне вопросы, вступают в диалог, забывая, что они на спектакле. Я отвечаю, сочиняя ответ на ходу. Жанр лекции это позволяет.

     - После этой работы режиссер назвал нас умнейшей актрисой. А вообще как часто актеру нужен в работе интеллект?  
     - Когда начинаешь работать над пьесой, то при размышлении находишь в ней мною пластов. Прежде чем получится сценический образ, надо очень во многом разобраться, выстроить причинно-следственную связь событий, поступков. Выстраивать отношения между персонажами на сцене бывает очень сложно. Здесь одними эмоциями не обойтись. Тут все может быть полезным материалом, все идет в копилку: и чтение литературы, и наблюдение за окружающей жизнью, за драматургией реальных судеб.
     Сейчас мы приступили к работе нал трилогией Тома Стоппарда «Берег Утопии», где действующие лица – Белинский, Огарев, Герцен. Во второй части я играю жену Огарева. И, конечно, надо почитать литературу о моем персонаже. Мои коллеги уже бегают с ворохом книг, я еще не успела из-за плотного графика съемок в сериале. Я, как ни странно, не люблю библиотеки, ведь там берешь книгу на время, а мне бывает трудно с ней расстаться, если я ее полюбила. Помню, что когда я была школьницей, взяла в школьной библиотеке «Неточку Незванову» Достоевского и никак не могла пересилить себя и вернуть ее. Звонили моим родителям и говорили «ай-ай-ай!» Я принесла взамен три другие и просила меня понять: ведь там же была страница, затертая мною до дыр. Потом с этим материалом я поступала в институт кинематографии.

     -   Что вы еще читали   при  поступлении?
     -   Кроме Достоевского читала и детскую литературу,   и   комедийные   отрывки,   и что-то совсем хулиганское. Меня кидало в разные стороны от жадности и желания попробовать все сразу. Сейчас по зрелом размышлении я понимаю, что это был правильный путь - покачать себя с разных сторон. И всем абитуриентам советую так поступать. Вообще в институте я попробовала себя в разных жанрах. Например, играла в комедийно-фарсовой пьесе «Безумная из Шайо», когда зал хохотал полтора часа так, что зрители изнемогали от смеха. Но для нас добиться этого было тяжелым испытанием. Я попробовала саму природу смешного и теперь даже в драматических ролях пытаюсь почувствовать скрытый юмор.

     -   Вы как актриса Молодежного театра играетe много сказок. Интересно ли сыграть такого персонажа и успеваете ли вы следить за реакцией зала?
     -   Я впервые прочитала «Волшебника Изумрудного города», когда мне дали роль Элли. Мне было уже 23 года, но я включилась в эту историю с головой. До сих пор я увлечена сказками, собираю сказки народов мира. Когда я играю Элли, то обожаю тот момент, когда мы, актеры, садимся на край сцены и находимся буквально в метре от зрителей. Мы рассматриваем их, они нас. Я вижу, как дети замирают от избытка чувств, кто-то от волнения забывает дышать.  А потом, у них вырываются такие спонтанные слова. Я помню, как Дровосек на сцене произносил трогательную речь, что он мечтает иметь сердце, ну хоть какое-нибудь. Ему говорят, что много сердец висят и сушатся на веревочке, что ему надо иметь терпение. У него на глазах слезы. И на самом пике его серьезного монолога девочка громким шепотом на весь зал повторяла: «Обожаю Дровосека!» Актерам очень сложно в такие моменты не рассмеяться, не выйти из образа.
     А на спектакль «Том Coйеp» приходят постарше, там эта история о первом поцелуе Тома и Бекки производит на них ошеломляющее впечатление. Все актеры в этой сцене навостряют уши, чтобы услышать зал. В зале не смех, а какие-то вскрики, всхлипы. Кто-то закрывает глаза руками, кто-то смотрит сквозь щелочку между своих пальцев, замирая от восторга и ужаса. Неужели и вправду поцелуются? Неужели так можно влюбляться еще в школе? После спектакля мы, актеры, садимся и рассказываем друг другу: а ты видел, а ты слышала как...

     - Вам приходится играть роли и мальчиков и снежинок. Это не противоречит вашим актерским амбициям?
     - Сейчас нет, но когда я пришла в театр, то была смущена предложением играть мальчиков. Меня это задело. Я была молодой женщиной 21 года, способной на глубокие роли мирового репертуара. Но сейчас я вспоминаю о своих амбициях с улыбкой, и в прошлом сезоне я сама просилась именно на роль мальчика в «Чисто английском привидении». Играть девочку не так интересно, там все понятно. А роль мальчика можно сделать острее, дурнее в хорошем смысле. Здесь больше простора для характерной актрисы. Чем непонятнее роль, тем интереснее выпутываться. Например, играть Синеглазку или Белочку не так увлекательно, как сыграть Снежинку в детском спектакле «Незнайка-путешественник». Какой характер у Снежинки? Она вроде обычная девочка и в то же время необычная. Она такая немного непохожая на других, не успевающая за общим хороводом, но страстно стремящаяся быть такой же яркой, как все. Она с трудом находит свое счастье в лице Ворчуна.

     - Эта история мне чем-то знакома... Похоже, это стало вашей личной актерской темой. Даже ваша Аглая в спектакле «Идиот» чем-то похожа. Холодноватая, гордая, не такая, как все. Вы любите эту свою роль?
     - Да! Да! Это роль - мечта. Она очень сильная личность. Это понимаешь даже при чтении. Перевоплощаясь, я чувствую, как она словно тянет меня за собой. Очень хочется дотянуться до этой силы характера. Мы словно соперничаем с моим персонажем. И это меня сильно заводит. После премьеры я подошла к своему партнеру Денису Баландину, который играет Мышкина, и предложила доделать те сцены, которые не вошли в спектакль, просто так, для себя. Ведь я не наигралась и не насытилась сокращенной ролью.

     -    Вам было интересно работать над Достоевским именно с французским режиссером Режисом Обадиа? Ведь, наверное, и вы открывали ему многое о загадочной русской душе?
     -   Он на репетициях и удивлялся и удивлял нас. Например, ему по-другому виделись мотивы поведения персонажей, ведь он человек с западным менталитетом. Он с трудом понимал иррациональность мышления в мире Достоевского, азарт саморазрушения, самоуничижения его персонажей. Мы удивлялись порой егоНелли Уварова в спектакле Идиот чересчур трезвым трактовкам событий и страстно доказывали ему неправильность его точки зрения. Общались через переводчика, и это тоже усложняло общение. Но мы тоже шли навстречу ему. Постановка французского режиссера и не могла быть с чисто русскою душой. Все-таки это история, увиденная глазами западного человека и разыгранная силами русских актеров. Ему было в первую очередь интересно представить любовный треугольник Мышкин - Настасья Филипповна - Рогожин. Для нашего менталитета это кажется второстепенным. В этой попытке актеров и режиссера услышать друг друга и найти общий язык и есть прелесть этого спектакля. Мы репетировали два с половиной месяца почти сутками, и спаянность команды возникла естественно. Актеры, которые пытались совмещать несколько работ в один период, отсеялись. В команде остались только те, кто смог целиком погрузиться только в эту работу. Мы до сих пор с любовью вспоминаем этот кусок жизни, когда было стопроцентное погружение в историю Достоевского.

     -   Говорят, что пьесу Чехова «Три сестры» с мэтром английской режиссуры Декланом Доннелланом вы репетировали тоже с полным погружением, вдали от цивилизации. Помог ли этот метод звездному составу актеров отбросить ненужный в работе эгоцентризм и звездную болезнь?
     -   Актерская команда репетировала, живя коммуной в глубоком лесу на Селигере. Вообще я поначалу побаивалась, как будет складываться работа в компании с такими именитыми мастерами, как Феклистов, Ясулович, Жигалов. Но все мои страхи отпали еще по дороге, когда мы ехали туда в автобусе. Потом, во время репетиций, эти люди как раз больше остальных поддерживали меня. 
     Мы стали командой поневоле. Там даже мобильные телефоны не работали. Общаться было больше не с кем, и мы сдружились. И это постоянное общение со своими партнерами дало результат.
     Потом в Париже мы целый месяц показывали спектакль и дополнительно репетировали до изнеможения. Очень важно, что Деклан сумел всех заставить почувствовать себя словно бы студентами. Мы все время возвращались к азам профессии. Порой он давал задания, как первокурсникам. И все с легкостью включались в игру, забыв о званиях и регалиях.

      -   С Андреем Кузичевым вы играете некую любовную историю и в спектакле «Три сестры» и в сериале. Можно позавидовать актрисе, у которой есть партнер, умеющий смотреть такими влюбленными глазами. Вообще слаженный дуэт работает лучше?
     -   Лучше. Ведь трудно сыграть симпатию к совсем незнакомому человеку. Хороший партнер - это везение. Режиссеры подбирают так, чтобы дуэт смотрелся выигрышно. Вообще я очень радовалась, когда Андрея утвердили как моего партнера в сериале: с ним очень комфортно. И опять мы с ним играли все ту же историю, как и в «Трех сестрах»: он любит ее, она не любит его, он готов ради нее на все, а она несмотря на это не может любить его. Хотя, честно говоря, нам в паре с Кузичевым уже хотелось бы разыграть какой-то другой сюжет. И с Михаилом Жигаловым мы опять встретились в сериале, здесь он играет моего папу. И я опять была несказанно рада, ведь с любимыми партнерами играть легко.

Беседу вела Марина Квасницкая

 
  • Фан сайт Нелли Уваровой - биография, интервью, фотографии.

    © При копировании материалов с сайта, активная гиперссылка на сайт обязательна

Яндекс цитирования