Габриэль Гарсия Маркес - Полковнику никто не пишет

13

тоской во взоре.

        – Вам надо показаться врачу, кум, – сказал дон Сабас. – У вас слишком мрачное настроение после похорон.

        Полковник поднял голову.

        – Я чувствую себя совершенно нормально.

        Дон Сабас ждал, пока закипит вода.

        – Если бы я мог сказать о себе то же самое, – пожаловался он. – Вы счастливчик, можете есть даже медные шпоры. – Он внимательно рассматривал свои руки, покрытые волосами и усеянные бурыми бородавками. На безымянном пальце, кроме обручального кольца, поблескивал перстень с черным камнем.

        – Да, могу, – согласился полковник.

        Повернувшись к двери, которая вела в жилую часть дома, дон Сабас позвал жену. Потом страдальческим голосом стал рассказывать о своем режиме питания. Вынул из кармана рубашки маленький флакон и положил на стол белую таблетку величиной с горошину.

        – Просто мучение всегда таскать это с собой, – сказал он. – Будто носишь в кармане смерть.

        Полковник подошел к столу, взял таблетку и разглядывал ее на ладони до тех пор, пока дон Сабас не предложил попробовать.

        – Их кладут в кофе, – сказал дон Сабас. – Это сахар, но без сахара.

        – Понятно, – сказал полковник и почувствовал во рту печальносладковатый привкус. – Как колокольный звон, но без колоколов.

        После того как жена сделала ему укол, дон Сабас облокотился о стол и спрятал лицо в ладонях. Полковник не знал, куда себя девать. Женщина выключила электрический вентилятор, поставила его на сейф и пошла к шкафу.

        – Зонтики почемуто напоминают мне о смерти, – сказала она.

        Полковник ее не слушал. Сегодня, чтобы встретить почту, он вышел из дому в четыре часа, но дождь заставил его укрыться в конторе дона Сабаса. Когда загудели катера, дождь все еще лил.

        – Все представляют себе смерть в виде женщины, – продолжала жена дона Сабаса. Она была выше своего мужа, плотная, с волосатой бородавкой над верхней губой. Голос ее походил на жужжание вентилятора. – А я вижу ее совсем не так… – Она закрыла шкаф и обернулась, пытаясь поймать взгляд полковника. – Мне кажется, что она похожа на животное. С копытами.

        – Возможно, – согласился полковник. – Чего только не бывает на свете.

        Он думал о том, что почтовый инспектор в клеенчатом плаще, наверно, впрыгивает сейчас на катер. Уже месяц, как полковник сменил адвоката, и теперь у него были основания надеяться на ответ. Жена дона Сабаса продолжала говорить о смерти, пока не заметила, что полковник ее не слушает.

        – Кум, – сказала она, – вы чемто озабочены?

        Полковник оторвался от своих мыслей.

        – Да, кума. Я думаю, что уже пять, а петуху до сих пор не сделали укол.

        Женщина была поражена.

        – Укол петуху, словно он человек! – воскликнула она. – Какое кощунство!

        Терпение дона Сабаса иссякло. Он поднял побагровевшее лицо и приказал жене:

        – Закрой рот хоть на минуту. – Она и в самом деле закрыла рот руками. – Ты уже полчаса надоедаешь куму своими глупостями.

        – Вовсе нет, – запротестовал полковник.

        Женщина хлопнула дверью. Дон Сабас вытер шею платком, надушенным лавандой. Полковник снова подошел к окну. Дождь все не унимался. Курица на длинных желтых ногах пересекала пустынную площадь.

        – Петуху действительно делают уколы?

        – Действительно, – сказал полковник. – На будущей неделе начнутся тренировки.

        – Это безрассудство, – сказал дон Сабас. – Такие вещи не для вас.

        – Согласен, – сказал полковник. – Но это не причина, чтобы свернуть петуху шею.

        – Глупейшее безрассудство, – повторил дон Сабас, направляясь к окну. Его тяжелое дыхание напоминало звук работающих мехов. А взгляд вызывал у полковника жалость. – Послушайте моего совета, кум, – сказал дон Сабас. – Продайте вы этого петуха, а то будет слишком поздно.

        – Никогда не бывает слишком поздно, – сказал полковник.

        – Будьте благоразумны, – настаивал дон Сабас. – Вы можете убить сразу двух зайцев: вопервых, избавитесь от всех этих забот и хлопот, а вовторых, положите в карман девятьсот песо.

        – Девятьсот песо! – воскликнул полковник.

        – Девятьсот песо.

        Полковник поразмыслил.

        – Вы думаете, мне дадут за него такие деньги?

        – Я не думаю, – ответил дон Сабас. – Я совершенно уверен.

        С такими крупными суммами полковнику не приходилось иметь дело с тех пор, как он сдал казну революционной армии. Когда он вышел из конторы дона Сабаса, то вновь ощутил сильную боль в животе. На почте он направился прямо к инспектору.

        – Я жду срочное письмо. Авиапочтой.

        Инспектор перебрал все конверты и снова

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 13 - 13 из 22

  • Фан сайт Нелли Уваровой - биография, интервью, фотографии.

    © При копировании материалов с сайта, активная гиперссылка на сайт обязательна

Яндекс цитирования